Пока не поздно

В последнее время муж раздражал Викторию Степановну. Ей не нравилось, как он, сделав себе бутерброд, садился на диван и брал в руки пульт телевизора, когда можно было допить чай на кухне. «Опять повсюду будут крошки», – возмущалась она. Даже за то, что ставил чайник на газовую плиту носиком вперёд, отчитывала его: «Вода закипит и прольётся на пол!».

– Это же всё мелочи, – защищался он.

Виктории Степановне трудно было угодить, и она всегда шумно выражала своё недовольство. Привыкшая командовать на работе (была начальником цеха), оказавшись на пенсии, нерастраченную энергию изливала на близких. Поучала взрослую дочь, которая уже жила в другом городе с мужем и двумя детьми. Поэтому Люба, избегая нравоучений, приезжала к родителям только три раза в год – на Новый год и дни рождения мамы и папы.

– Виктория, уймись, перестань читать нотации Любаше, она сама во всём хорошо разбирается, – иногда вставлял своё слово Иван Сергеевич.

– Ой, тебе же всё равно, как сложится жизнь нашей дочери. А я давно говорю, что ей надо уволиться из своей конторы и найти что-нибудь поспокойнее, пусть её Вячеслав лучше едет на заработки, как другие мужья. Тогда бы и ипотеку быстро погасили.

Но чаще всего, зная характер жены, Иван Сергеевич старался не отвечать на её колкости. Подольше задерживался на работе, а когда вышел на пенсию, больше времени проводил на даче или в гараже. Умел и любил что-нибудь мастерить, тем более что было куда приложить руки на их участке и в небольшом домике. Удобные скамеечки, декоративный колодец и другие украшения для сада – всё это было сделано хозяином. Летом два раза в неделю жена тоже ездила с ним на дачу. И тут мужчине в дороге требовалось терпение, ведь Виктория Степановна лучше мужа знала, где лучше убавить скорость, а где заправить их старенькую, но надёжную машину.

– Ты опять зудишь под руку, – возмущался Иван Сергеевич, но умудрялся сохранять спокойствие.

«Как могло так статься, что заботливая, умная женщина превратилась в ворчливую старуху?» – недоумевал он.

…В тот сентябрьский день мужчина снова поехал на дачу, чтобы собрать урожай помидоров. Виктория Степановна осталась дома, жалуясь на головную боль, хотя вечером тоже готовилась ехать.

Супруг должен был вернуться в тот же день. Но стрелки часов показывали 8 часов вечера, а Иван Сергеевич всё не возвращался.

Виктория Степановна несколько раз звонила мужу, но всё безрезультатно. Трубку он не брал. «Ну вот, куда он мог запропаститься! Ведь знает, что жду, волнуюсь», – в сердцах она рассказывала дочери, названивая ей то и дело.

Ближе к девяти вечера зазвонил телефон. «Ну наконец-то!» – вскричала женщина. В трубке послышался незнакомый мужской голос: «Вы знаете Ивана Сергеевича Семёнова?»

– Да, это мой муж, – ответила женщина, растерявшись.

– Это Вас беспокоят из больницы. Приезжать не нужно. Мы приняли все меры, он уснул.

– Что случилось?

– У него, по-видимому, гипертонический криз.

Оказалось, что в саду Ивану Сергеевичу стало плохо, он потерял сознание. Хорошо, что рядом были соседи. Они и вызвали «скорую». Помощь подоспела вовремя, это и спасло мужчину.

Две недели Иван Сергеевич пролежал в больнице, поэтому Виктории Степановне пришлось пару раз съездить в сад на автобусе. После этого, возмущаясь, она рассказывала своей подруге: «Ты представляешь, иду с сумками на остановку, хоть бы кто остановился, довёз! А ведь мы с мужем всегда подвозим людей, когда на машине!»

Здоровье Ивана Сергеевича понемногу восстанавливалось. После выписки ему рекомендовали продолжать пить назначенные лекарства и покой.

Но, как говорится, нет худа без добра. Викторию Степановну словно подменили. Она стала спокойнее, по утрам варила мужу кашу. И теперь называла его не иначе, как Ванечка. Ведь она чуть не потеряла близкого человека. Что и говорить, надо ценить друг друга, пока не поздно.

Ф.ШАГБАЛОВА