«Мама, это не твои дети, у тебя нас только двое»!

– не раз говорила я, будучи ещё ребёнком. А мама – школьный учитель, будто не замечая моих ревностных возмущений, продолжала называть учеников «своими детьми», и что ещё комичнее – родителей своими родителями. Мне уже двадцать восемь – чуть меньше, чем её педагогический стаж, а я так и не поняла, сколько же у мамы детей и тем более – родителей. Чтобы разобраться в этом вопросе, обратилась к товарищам по опыту – выпускникам Октябрьской школы, чьи мамы – тоже учителя

Сын Елены Сергеевны Стукаловой, учителя начальных классов, Никита

– Быть ребёнком учителя – привилегия или дополнительная ответственность?

– Привилегии нет никакой, это заблуждение. У меня даже нет ни одной фотографии с мамой с моего первого Дня знаний. Она тогда была занята проведением классного часа для своих учеников. Мы это поняли, когда праздник уже прошёл. Грустно до сих пор. Я уже взрослый, но понимаю, что даже окончив школу, ты не перестаёшь быть сыном учителя и несёшь эту высокую планку всю жизнь. Но почему сыну сварщика не задают вопрос: «Как это ты не умеешь варить трубы, у тебя же отец - сварщик», или готовить борщ, ведь у тебя мама – повар? Но если ребёнок учителя допустит ошибку в орфографии – это будет позор. Не сделал задание, не понял, опоздал, пропустил школу, попался с телефоном… Подобные вещи – табу, но я его всё равно нарушал.

– Боялся, что мама узнает о твоих школьных проделках раньше других учителей?

– Нет, не боялся. Если она узнает это одной из первых, у неё будет не такая строгая реакция. Но если момент упустить и не поставить маму в известность о случившемся, исход очевиден: «На тебя жалуются, зачем ты это сделал, как неудобно»… И всё в этом духе. Поэтому я старался быть с мамой максимально честным. Она знала всех моих друзей и относилась к ним как к своим детям. Угощала пирожками и компотом на футбольном поле возле нашего дома, бинтовала раны, обсуждала детские проблемы.

– Какая мама дома? Чем она занимается, когда точно не думает о школе?

– Мама дома в основном уставшая. Такой она приходит с работы и немедля берётся за домашние дела. Но даже в это время успевает решать рабочие задачи – звонки, сообщения и т.д. Мне кажется, мама не думает о школе, только когда спит.

Сын Елены Ивановны Поповой,

учителя русского языка и литературы, Александр

– В каком возрасте ты впервые заметил, что работа мамы не заканчивается, когда она закрывает дверь школы?

– Когда вступил в осознанный возраст, то сразу понял, что мама дверь и не закрывала. Раньше ещё было более-менее – ни сотовой связи, ни стационарного телефона. Все родители оставались дома при своём мнении и своих детях. Сейчас же день и ночь мама на звонках. По вечерам тетради, планы, до двенадцати ночи что-то ищет, печатает, клеит. Бывает, она даже спит за компьютером. А когда начинается пора экзаменов, это кино и немцы. «Я тут передумал или передумала, хочу вместо врача стать космонавтом, поэтому буду сдавать это и это». И пошли объяснения, что нужно делать, изменится же профиль, а значит, и готовиться нужно по-другому.  Всё это тратит время не ученика и учителя, а нашей семьи в целом, пока он определится, что же хочет от жизни. Зато я знаю, насколько ей благодарны её дети, так как даже после окончания школы она поддерживает с ними тёплые отношения.

– Чем отличались твои каникулы от каникул одноклассников? Это было время полного отдыха или подготовки к следующему учебному году?

– Учёбой меня не напрягали. Летом я занимался посильной мне работой в строительстве дома, бани, сарая, ходил на рыбалку. Но не было и года, чтобы меня обошла стороной приёмка школы. Едешь на час – пропадаешь на два дня. Окна, плафоны, проектор, доску то сними, то повесь… Вместе с мамой, как, наверное, и с каждым учителем, готовилась к приёмке вся семья.

– Какой самый важный жизненный урок ты вынес из маминой работы?

– Не жениться на женщине, которая работает в школе.

Дочь Эльвиры Шамгуновны Мустафиной, учителя начальных классов, Альбина

– Профессия учителя часто стирает границы между работой и домом. Как это отражалось на твоём детстве?

– Не помню, чтобы мне приходилось конкурировать за мамино внимание, она всегда находила для меня время. Конечно, вечерами проверяла тетради, готовилась к урокам, часто брала меня с собой на работу в школу в соседней деревне. Но ей удавалось совмещать в себе всё лучшее, что могло быть в учителе и в маме. Особой строгости я не чувствовала. Бывало, конечно, что ругала, но всё равно достаточно мягко. Моя мама – очень терпеливый человек, этому она научила и меня. Думаю, что такого терпения, как у учителей, нет ни у кого.

– Какое воспоминание о том времени является самым ценным для тебя?

– У меня было замечательное детство. Всей семьёй мы ездили на экскурсии в Уфу – тогда она казалась такой далёкой и величественной. Учитывая то, что мы не городские жители, забот у мамы всегда хватало – скотина, огород и до работы, и после. До сих пор не понимаю, как можно было это всё успеть. И несмотря на всю вереницу дел, мама находила возможности для творчества – вязала, рисовала, пекла. Я помню, как она своими руками мастерила самые красивые наряды для моей Барби, кукольные подушки, одеяла – как настоящие. Мы любили с ней готовить безе, вафли в формах и тортики.
А эти сериалы, вы помните? «Клон», индийские фильмы... Мы всегда были вместе – и в делах, и в отдыхе. Такие моменты для меня особенно ценные.  Ведь можно быть учителем для всех, но дома ты всё равно просто мама.

Н. СТУКАЛОВА

Фото из семейных архивов